Элина Гаранча: "Мы нуждаемся в людях, которым можно сказать – давай выпьем вина"

Лучшее латвийское меццо всех времен, одна из самых востребованных певиц мира, Элина Гаранча возвращается на родину с большим оперным концертом, да еще и друзей привозит: сопрано Ольгу Перетятько и Дмитро Попова.
Руководить этой воистину звездной сборной и Юрмальским фестивальным оркестром будет Карел Марк Шишон, супруг Элины. Слушателям, которые соберутся 9 июля в "Дзинтари", можно только позавидовать.

- Что вы слушали в самолете, пока летели сюда из Вены?

- Кашель пассажира, который сидел у меня за спиной. Слушала и думала: докашляет он до меня или не докашляет. У меня уже бывало такое, особенно в длинных полетах – в Америку или Японию. За 7-8 часов как пить дать вирус подхватишь, если кто-то рядом болеет. Не убережешься. Но этот вроде подальше сидел, через три ряда. Ну, посмотрим. (Смеется)

- Когда вы думаете о родине, что прежде всего вам вспоминается?

- Для меня родина – это, конечно, мама, папа, семья и друзья. Я на кладбище каждый раз к маме прихожу, когда в Риге бываю. Каждый раз. Чтобы сказать – я здесь. А если я не здесь – есть несколько запахов, несколько вкусов (друзья, когда ко мне за границу приезжают, всегда хлеб привозят и творог настоящий, который только в Латвии найдешь), несколько картинок перед глазами. Май. Сирень цветет.

Я на балкон выхожу вечером и просто сижу. Потому что день уже остановился, все замерло, и воздух такой хороший, ароматный, он меня просто обнимает. Для меня это воспоминание, которое я буду до следующего мая в себе нести.

- Что вы больше всего любите в Латвии?

- Лето. Потому что в Испании летом очень-очень жарко, солнце все выжигает, пейзажи становятся коричнево-желтыми. И так сразу хочется зеленого цвета, родного! А в Австрии вроде бы и зелено, но горы кругом. Это тоже не мое. Я с детства привыкла, что куда ни глянь, – до самого горизонта глазами дотянешься. Просторно, широко… Но это дома, в Латвии. В других странах – редко.

- Вы уже третье лето подряд представляете в Юрмале большие красивые концерты "Элина Гаранча и друзья". Дружба в оперном мире – вещь условная или реально существующая?

- Ну, есть приятели, есть подружки, есть люди, с которыми очень удобно работать, которых ты очень ценишь… Но вот друзья-друзья?.. Трудно, конечно, иметь друзей среди коллег, потому что мы все разъезжаем очень много. Чтобы поддерживать дружбу, которая возникает порой во время репетиций, надо вкладывать очень много времени и человеческого интереса.

Но если добрые отношения сложились, мы, когда после разлуки встречаемся, сразу чувствуем себя семьей. То есть ты можешь один спектакль вместе спеть, потом два года не видеться, а после разлуки тут же как к родному кинуться: ну, как ты? Ну, что у тебя?..

Мы ведь, оперные, часто и подолгу работаем вдали от дома, от близких. И очень нуждаемся в людях, которым можно сказать – давай выпьем вина, давай поговорим... и сидим, вдвоем или втроем, вместе скучаем по родине, по детям, по любимым. Нас связывает если не дружба, то взаимная симпатия, скажем так.

- Для вас всегда важны человеческие качества партнеров по сцене? Или довольно профессиональных?

- Мне – все-таки важны. Ну вот шесть или семь недель ты готовишь новую партию или новый спектакль. Ищешь себя, ищешь рисунок роли, выстраиваешь отношения на сцене. Если у тебя есть партнер, который открыт к диалогу, который тебя слышит, который с тобой говорит, ты чувствуешь себя свободно, репетируешь совсем по-другому, экспериментируешь.

Но бывают певцы-павлины, которые думают только о себе, о том, получится ария или не получится. Больше ничего их не волнует. А мне не это важно, мне важно работать, петь, жить на сцене. Быть первым номером в спектакле для меня не самоцель. Я бы эту ношу с огромным удовольствием переложила на плечи теноров и сопрано.

- Миллионы людей слышали ваш "Цветочный дуэт" с Ольгой Перетятько в День взятия Бастилии в 2014 году...

- Говорят, на Марсовом поле и вокруг него было семьсот тысяч человек.

- Плюс шла прямая телетрансляция из Парижа на всю Европу… А вы еще когда-нибудь встречались с Ольгой на сцене?

- Нет. Но у нас в Нью-Йорке общий коуч-француз. Когда я последний раз в Метрополитен пела, мы с Ольгой у него и пересеклись.

- Вы знаете, что Ольга начинала как меццо, мечтала спеть Кармен и адски расстроилась, когда ей сказали, что этому не бывать?

- Нет, не знала! (Смеется) Опять Кармен… Она не первая сопрано, которая этого хочет. Я вот никогда не хотела быть сопрано! Я – нет!

- У вас такая компания замечательная подбирается -- меццо-сопрано, сопрано, тенор, дирижер. В какой опере вы выступили бы вместе, будь ваша воля?

- Знаете, я же вокально, как певица, постарше Дмитро и Ольги. Я уже вхожу в драматический репертуар -- Верди, веризм и так далее, а они еще поют то, что для меня было актуально несколько лет тому назад, лирические такие оперы.

Но, думаю, в "Капулетти и Монтекки" Беллини у нас бы все получилось. Оля могла бы быть Джульеттой, я – Ромео, Дмитро -Тибальдом. А Карел бы нас соединял и разъединял.

- Как вы выбираете артистов для концертов "Элина Гаранча и друзья"?

- О, тут целая комбинация. Тут все важно -- и личность артиста, и его репертуар, и мое желание удивить публику, показать ей новые партии и новые концертные работы. В этом смысле Карел просто гений. Он составляет программы как никто. Все время повышает и повышает планку, так выстраивает концерты, чтобы в конце к настоящей кульминации привести. И каждый год у него получается что-то особенное сделать!

В прошлый раз мы с Хиблой Герзмавой сделали выбор в пользу драматических произведений, сейчас, с Ольгой и Дмитро, придумаем что-то поромантичней. И "Цветочный дуэт" исполним, конечно!

- У вас впереди большая премьера в Париже – "Троянцы" Берлиоза. Вы воспользуетесь своими фестивалями в Юрмале и Австрии, чтобы хоть немножко обкатать партию царицы Дидоны?

- Я обычно так и делаю, это очень помогает справиться со стрессом на первых представлениях, но вот Дидона, к сожалению, не совсем та партия, которая подходит для летних концертов. Арии очень уж длинные: 9 минут, 10 минут, 11 минут... Надо пожалеть публику.

- Где вам сложнее выступать под открытым небом, в Юрмале с ее зашкаливающей влажностью или в Альпах?

- Разницы нет, скажу откровенно. В Австрии у нас однажды концерт при плюс 11 проходил, так прямо облако от дыхания на сцене стояло. Водкой спасались, коньяком... Или пели в Македонии – на улице было 42 градуса. Стоишь и стекаешь просто. Но что тут поделаешь? Петь надо, работать надо. Люди ведь приходят, ждут от нас стопроцентной отдачи. Мы не можем их подводить. Главное, чтобы не было ливня и урагана. С остальным справимся.

- На певиц в декольтированных платьях в "Дзинтари" иногда даже смотреть зябко.

- Да, я сама удивляюсь, как они держатся, бедные. Для меня-то самое важное, чтобы плечи были прикрыты и шея сзади. Это мои резонаторы, у меня оттуда звук выходит. Муж все время смеется, но я даже летом в Испании хоть в какой-то шарфик, но закутаюсь.

- Когда все главные сцены мира покорены, жить становится скучнее или, наоборот, приятнее?

- Ну, сцены покорены... Да, я на них выступала, но не во всех же партиях еще. Вот отпела я во многих театрах Кармен. Но сейчас-то я пою Далилу. В Нью-Йорке я ее еще не показывала, в Лондоне не показывала. И опять надо будет завоевывать публику… Потом настанет очередь Амнерис в "Аиде", других ролей… И в каждой из них ты должна чем-то удивить, что-то новое найти, голос перенастроить.

Ты ведь тоже растешь. В 30 лет ты и внешне, и внутренне была не такой, какой стала к сорока. И поешь ты сейчас по-другому, и фразы строишь иначе. Потому что понимаешь: эта нота, хоть и самая высокая, самая выигрышная, но не самая важная здесь... Жаль, что такие вещи только с опытом приходят…

- О чем вы мечтаете сейчас?

- (Смеется) Просто так дома посидеть, никуда не ехать, ничего наизусть не учить, не осторожничать из-за того, что впереди еще концерт или спектакль. Мечтаю, чтобы две недели – никуда, дома их провести, с детьми, на пляже или тут, в саду.

- Но в ближайшие дни вам это не светит.

- Пока еще нет. Но летом у меня будет отпуск. Я поняла, что эти два- три недели скучной, обыденной жизни, когда нет ни музыки, ни нот, ни почты, ни самолета, – они мне просто необходимы. Чтобы я забыла обо всем. Чтобы у меня внутри все умерло. А потом заново родилось.

- У вас так получается?

- Уже да.

- Ситуацию усложняет то, что муж у вас - тоже музыкант?

- О, у Карела август – святой месяц, он в августе никогда ничего не делает. И я стараюсь следовать его примеру. Ну, месяца свободного у меня никакого не будет, нужно в Америку лететь, но после "Дзинтари" у нас еще один концерт – и в отпуск. Я его проведу между Латвией и Испанией. Друзей увижу, может быть. Потому что сейчас встретиться не получилось – вот вчера народ "Панораму" посмотрел, и тут же звонки: ты здесь?! Нет, уже нет.

Концерт "Элина Гаранча и друзья" включен в официальную культурную программу празднования 100-летия Независимости Латвийской республики. Генеральный партнер проекта – URALKALI Trading. Партнер проекта – BlueOrange Bank. Информационный партнер проекта – портал Delfi. Организатор концерта – продюсерская компания ART Forte.

Театральный Фестиваль

Foto no galerijas

Varshavskiy_I_0226